Алесь Карлюкевич. Туркменистан — в белорусском сердце: Керим Курбаннепесов и Дмитрий Песляков. Дружба народного поэта Туркменистана и белорусского журналиста

Солдат Поэзии Керим Курбаннепесов

Величина поэтического таланта Керима Курбаннепесова – та звезда, что еще долго будет украшать безбрежное космическое пространство. Плоды творчества таких мастеров слова, как народный поэт Туркменистана, — гарант сохранности в вечности изумительного по своим ярким краскам и своему глубинному соодержанию туркменского языка. И как на мой субъективный взгляд, каждый штрих к памяти о Поэте трубет сохранения и передачи потомкам. Придет время – и будет соткан главный ковёр памяти о Кериме Курбаннепесове. А пока я хочу рассказать лишь только об одном фрагменте.

… Так уж в жизни замечательного человека и поэта получилось, что в разные его годы гостеприимный дом литератора был пристанищем белорусских друзей. И я, автор этих строк, конечно же, благодарен судьбе за годы знакомства, творческого общения с Кермиом Курбаннепесовым. Частым гостем у замечательного шахира еще раньше был и публицист, писатель Николай Калинкович. В начале 1980 – х он жил и работал в Ашгабате. Был еще один белорусский друг поэта – военный журналист Дмитрий Песляков. В начале 1990-х я разыскал его в Минске и попросил рассказать о встречах с Керимом. Поэта к тому времени уже не было в живых. Умер Керим-ага в 1988… В преклонном возрасте находился и полковник в оставке Дмитрий Ефимович Песляков. Тогда я работал в белорусской военной газете «Во славу Родины». Кстати, во время Великой Отечественной войны газета называлась «Красноармейской правдой» и выходила на нескольких языках. В том числе – и на туркменском. В туркменской редакции газеты 3-го Белорусского фронта «Красноармейская правда» служил Аннакули Маметкулиев, автор вышедшей отдельным изданием еще в военное время поэмы о белорусском герое «Константин Заслонов».

… Но вернемся к началу 1990-х, к нашему разговору с полковником Песляковым. Тогда по каким-то причинам материал так и не увидел свет. Но я не вношу в давнюю запись никаких правок. Текст был знаком и моему собеседнику. И я передаю содержание небольшого интервью полностью, без изменений. Тем более, что и готовился матриал с расчетом на публикацию не только в Беларуси, но и в одной из туркменских газет.

… — Дмитрий Ефимович, как познакомились с Керимом Курбаннепесовым?

— Прошло с того памятного дня около сорока лет. Но сохранилась свежесть восприятия тех дней. И, думаю, вовсе не потому, что такая уж хорошая память у меня. Причина, по-видимому, совсем в другом. Очень уж неординарной личностью был Керим. Хотя, почему был..? Такой личностью – яркой, открытой, — он остался в моей памяти навсегда.

А тогда… Тогда стоял горячий июль 1957 года. Я служил редактором дивизионной газеты «Советский воин». Типография, редакция находились в Ашгабате. А воинские части были разбросаны и по другим городам юга Туркменистана. К тому времени я уже знал многих представителей туркменской творческой интеллигенции.

Частов стречался с Кара Сейтлдиевым, Берды Кербабаевым. Берды-ага жил через дорогу от редакции по улице Хивали Бабаева и часто наведывался в гости к военным журналистам. В свою очередь и нас приглашал к себе домой. Подружился писатель и с нашим комдивом Героем Совесткого Союза генерал-майором Тагиром Кусимовым, уроженцем Башкортостана.

Очень любил Берды-ага читать солдатские письма в редакцию. Писал Кербабаев и сам для солдтской газеты. Хотя, казалось бы, кто нас, кроме как в военном городке, читает. Но принесетт статью, утчонит, в каком номере должна выйти. Обязательно потом газету с публикацией попросит. Вот таким было внимание классика туркменской литературы к людям в военной форме. Такие же теплые отношения сложились и с Кара Сейтлиевым.

Берды-ага и Кара и познакомили меня с Кермиом Курбаннепесовым. Однажды утром привели его в редакцию многотиражки. Мне кажется, что даже помню слова старейшины туркмекнского писательского цеха: «Знакомься… Это – Керим Курбаннепесов, вчерашний солдат, подающий большие надежды поэт». Тогда я и узнал, что молодой поэт работает литконсультантом в Союзе писателей Туркменистана, что он – уже автор двух поэтических книг.

— Как часто, Дмитрий Ефимович, Керим Курбаннепсеов бывал в гостях у воинов?

— Так случилось, что вскоре штаб дивизии, а вместе с ним и редакцию «дивизионки», первели в Кизыл-Арват. Вроде и путь из столицы до нашего гарнизона не такой уж близкий. Но Керим Курбаннепесов приезжал в Кизыл-Арват буквально каждый месяц. И чаще всего с Кара Сейтлиевым и литературным критиком Абдуллой Мурадовым. Керим и его друзья встречались с личным составом в самых разных частях и подразделениях, рассказывали о развитии туркменской литературы, читали свои прооизведения. Помню, какими бурными аплдодисментами благодарила солдтаская аудитория за чтение Керимом отрывков из будущей поэмы «Дед Таймаз». Кара Сейтлиев, он же тогда был министром культуры республики, всегда подчеркивал, что привез в Кизыл-Арват новые стихотворения. Через какое-то время мы познакомились первыми с главами и новой поэмы Керима Курбаннепесова…

— Вы вспоминаете «Деда Таймаза»… У главного героя поэмы был реальный прототип…

— Однажды Керим уговорил меня наевдаться в колхоз «Большевик», что неподалеку от Геок-Тепе. Не знаю, к сожалению, как теперь называется это сельхозпредприятие. В «Большевике» поэт познакомил меня с Героем Совесткого Смоюза Таганом Байрамадурдыевым. Представил его как человека, послужившего прототипом деда Таймаза. И вот разговорились мы с героем, всмотрелись друг в друга – и выясняется, что мы знакомы по жестоким боям под Сталинградом! Байрамдурдыев воевал пулеметчиком, а я был войсковым разведчиком. Войну «дед Таймаз» прошел от Сталинграда до Эльбы. Героя получил за бои в Восточной Пруссии. Отличился при форсировании Одера в составе 54-го гвардейского кавалерийского полка 14-й гвардейской кавалерийской дивизии.

Вместе с Керимом и Кара Сейтлиевым мы с нашим комдивом генералом Кусимовым побывали в Кара-Калинском центре субтропических растений. Тагир Таипович был уникальным человеком. Кавалер двух орденов Ленина, ордена Красного Знамени, двух орденов Красной Звезды, ордена Отечественной войны 1-й степени. Звания Героя Советского Союза был удостоен за умелое командование кавалерийским полком. Кстати, Днепр кавалеристы Кусимова форсировали на Гомельщине. Причем – дважды. Освобождали Лоевщину. Более 60 солдат офицеров Башкирской кавалерийской дивизии были удостоены звания Героев Совесткого Союза! Кусимов закончил две военные академии, был человеком на удивление любознательным. И, как мне казалось тогда, им с Керимом Курбаннепесовым было интересно беседовать. Может быть, и то обстоятельство помогало, что в Туркменистан впервые будущий генерал попал еще мальчишкой. В 1921 году, когда в молодой Совесткой России было голодно, отец и сын Кусимовы направились в хлебные края, пасли овец в степях Казахстана, Туркменистана.

Из той встречи в Кара-Кале, других поездок с Керимом по республике я вынес такую деталь, характеризующую его как человека. Умел Керим-ага (наверное, и я уже в те годы стал к нему обращаться «ага») удивляться – и людьми, и природой родного края. Стремился всегда открыть для себя что-то новое. Проявлял любознательность, никогда не стеснялся задавать вопросы. Совсем не боялся выглядеть необразованным.

— Дмитрий Ефимович, знаю, что после Туркменистана вы служили в Узбекистане, в Ташкенте, в редакции легендарной газеты «Фрунзевец»…

— Легендарной — и для осмысления истории белорусской литературы. Ведь с газетой «Фрунзевец», редакция которой находилась в Ташкенте по улице Саперная, в годы Великой Отечественной, находясь в эвакуации, активно сотрудничал народный поэт Беларуси Якуб Колас.

— А уже после войны работали и сотрудничали с газетой и многие дргуие белорусские литераторы: прозаик Василь Ткачев, кинодраматург Олег Буркин… Во «Фрунзевце» и мне довелось опубликовать небольшой материал о Кериме Курбаннепесове. Впрочем, во второй половине 1980-х писал для «Фрунзевца» и о белорусских писателях – о судьбе поэта Сергея Новика-Пеюна, об Алесе Адамовиче… Вы, когда жили и работали в Ташкенте, о Туркменистане не забывали?.. Продолжали ли поддерживать отношения с Керимом Курбанепесовым в тот период?

— А как же… И тогда, когда был в Ташкенте, и потом, когда служил в Алматы. Керим был из тех людей, с которыми, если познакомишься однажды, дружбу не растеряешь. Он притягивал к себе. Уверен: никому он не был плохим другом. С ним, замечу, поступали по-разному и близкие, казалось бы, товарищи. Он же всегда оставался Другом с большой буквы.

Когда меня перевели во «Фрунзевец», в редакцию газеты Туркестанского военного округа, то и тогда я продолжал встречаться с туркменскими писателями. В Ташкент Керим-ага приезжал и с Берды Кербабаевым, и с Кара Сейтлиевым, и с другими коллегами-писателями.

Через какое-то время меня назначили главным редактором газеты Среднеазиатского военного округа «Боевое знамя». Довелось перехать в столицу Казахстана. И там, в Алматы, мы встречались с Керимом. Однажды наша застольная беседа проходила с участием моих фронтовых друзей — казахстанских литераторов, панфиловцев, между прочим: полковника в отставке Дмитрия Снегина и доктора филологических наук, Героя Советского Союза Малика Габдуллина. Дмитрий Снегин тогда редактировал, если не ошибаюсь, журнал «Простор». Замечательный поэт, печататься он начал еще в 1930-е годы. Фактически из литературы ушел на войну и с войны вернулся в литературу. Я очень полюбил стихи фронтовика, который командовал артиллерией в Панфиловской дивизии… Надо было видеть, с каким интересом расспрашивал Керим-ага и Малика Габдуллина о его фронтовой жизни, тволрческой работе. Тогда литературовед возглавлял Алма-Атинский педагогический институт, много печатался. Керима всегда окружали интересные люди. Наверное, в дополнение к огромному таланту, что подарили поэту природа, туркменский народ, именно это в значительной степени подпитывало его вдохновение, помогало совершать многие художественные открытия.

… Время отделяет нас от многих памятных встреч. Но есть какой-то свет, что идет издалека, заставляет утверждать добро, справедливость, красоту. Ко мне такой свет приходит, когда я вспоминаю народного поэта Туркменистана Керима Курбаннепесова и полковника, военного журналиста Дмитрия Песлякова, человека, судьбой своей доказавшего, что и он – не чужой туркменскому народу.

http://sozvuchie.by/news/2016-05-10-3

Няма каментарыяў

Добавить комментарий

Ваш email не будзе апублікаваны.